Русские журналы в ОАЭ Новое Частые вопросы
 





Главная страница / Это актуально / Вечный зов


Вечный зов



Вряд ли молодой арабский путешественник, носивший имя Абу Абдалла Мухаммад ибн Абдалла аль-Лавати ат Танджи ибн Баттута, отправляясь в 1325 году из родного дома совершить хадж в Мекку, мог предполагать, что имя его войдет в историю Востока, а сам он вернется домой спустя четверть века.

Биографические сведения о ранней молодости Ибн Баттуты довольно скудны, однако известно, что родился он в феврале 1304 года в марокканском городе Танжере и что его отец изучал право. Когда юноше исполнился 21 год, он, будучи правоверным мусульманином, решил во исполнение воли Аллаха поклониться святыням исламского мира. Отправившись в путь в полном одиночестве, он вскоре с караваном паломников добрался до небольшого алжирского города Биджая, где внезапная болезнь едва не
лишила его возможности продолжить путешествие. Но несмотря на все уговоры своих спутников, он все-таки решил двигаться вперед к желанной цели. Через некоторое время Ибн Баттута достиг Константины.

Там местный правитель, случайно заметивший молодого паломника, измученного дорогой и изрядно пообносившегося, милостиво подарил ему деньги и новую шерстяную одежду, чтобы тот смог продолжить свой нелегкий путь. Достигнув Туниса, он остановился в медресе, здесь он проводил время в беседе с мудрецами. Два месяца спустя Баттута вновь присоединился к паломникам, которые выбрали его судьей (кади). По пути в Египет в небольшом городе Триполи Баттута женился на дочери ученого паломника из Феса. По прошествии года он наконец достиг Александрии, которую впоследствии вспоминал как один из пяти могущественнейших городов. Там ему довелось полюбоваться на одно из семи чудес света — Фаросский маяк. Уже в то время он был значительно поврежден землетрясением 1323 года, а вскоре от него и вовсе остались одни руины. Из Александрии Батутта отправился в Каир.

Столица Египта встретила странника празднично — султан Аль Назир Мухаммад отмечал свое счастливое выздоровление. А сам город буквально ошеломил Баттуту великолепной архитектурой, базарной толчеей и необыкновенной многолюдностью. Но самое большое впечатление на него произвел здешний маристан (больница), являвшийся наглядным проявлением милосердия и благотворительности. А помощь беднякам у мусульман всегда
считалась одним из пяти столпов ислама. Изучив город, Ибн Баттута и его спутники спустя месяц двинулись дальше по течению Нила.

По дороге в Сирию паломники получили возможность посетить и те святые места, которые находились в Хевроне: могилы почитаемых мусульманами патриархов Авраама, Исаака и Иакова, место упокоения правнучки Мухаммада Фатимы. Побывали они также в Иерусалиме и Вифлееме. Дойдя наконец до Дамаска, Баттута провел там несколько недель, успев не только побеседовать со многими учеными мужами, но и вновь жениться, а заодно узнать о рождении сына от первой жены. Затем он двинулся в путь и через 2 месяца благополучно достиг Медины, где совершил поклонение могиле пророка Мухаммада. И вот наконец его мечта сбылась — он, облаченный в белоснежный ихрам, осенью 1326-го вступил на священную землю Мекки. Там он семь раз обошел священный Кааба и поцеловал Черный камень, посетил гробницу с отпечатками ступней Авраама и исполнил все остальные необходимые благочестивые ритуалы. После этого паломник получил титул хаджи.

По всей вероятности, тяжелейшее полуторагодовое путешествие не отбило у Ибн Баттуты желания продолжить странствия, а потому спустя три недели он покинул Мекку и отправился во владения монгольской династии Хулагуидов, дабы увидеть мусульманские святыни Месопотамии.

В Эн-Наджафе он посетил священный для мусульманшиитов мавзолей имама Али, построенный по приказу халифа Гарун-аль-Рашида еще в VIII веке. Али был не только четвертым халифом, но также племянником и зятем Мухаммада. Оставив позади больше сотни километров, Баттута добрался до Багдада, бывшей столицы мусульманской империи Аббасидов. Почти за 100 лет до появления здесь Ибн Баттуты цветущие земли Персии едва ли не дотла были выжжены ордами Чингисхана, Багдад значительно разрушен и школы лежали в руинах, лишь одна из них, выстроенная в 124-м, была открыта. Однако в городе Баттуту ожидал вполне радушный прием — один из спутников
пригласил его в чудом уцелевшие городские бани — хамам. Марокканец был восхищен их роскошью и чистотой. Там же, в Багдаде, ему выпала счастливая возможность присоединиться к каравану ильхана Абу Саида, направлявшегося в свою летнею резиденцию. Абу Саид, который был всего годом моложе Баттуты, произвел на него неизгладимое впечатление, так как был не только красивым человеком, но и весьма мудрым правителем.

Сопровождая хана, Баттута посетил Тебриз (на территории современного Азербайджана). В те времена Тебриз был богатым торговым городом, через который пролегал Великий шелковый путь, являвшийся одним из главных мест скопления множества купцов из Армении, Китая и Италии. Вернувшись в Багдад, Баттута присоединился к каравану паломников, идущих в Мекку, и уже во второй раз посетил священный город. На сей раз ему пришлось задержаться в нем на целый год — причиной тому явилась тяжелая болезнь, ставшая серьезным препятствием в его дальнейших передвижениях. Едва оправившись от недуга, неутомимый странник, обратившись к помощи Аллаха, вновь решил отправиться в незнакомые исламские земли. В 1328 году началось его двухлетнее путешествие в Восточную Африку, причем теперь уже морским путем.

Из города Джидда, находящегося на побережье Красного моря, он пустился в плавание, посетив многие прибрежные города. В Таизе, йеменском городе, расположенном недалеко от побережья, местный султан подарил ему лошадь. Вскоре он добрался до Адена и, покинув Йемен, продолжил путь вдоль восточного побережья Африки и наконец добрался до Зайлы — портового города эфиопского царства, бывшего в те времена христианским. После дальнейшего двухнедельного плавания он прибыл в Могадишо — богатейший
порт Африканского побережья. Город Килва восхитил его своей роскошью: местные правители, полностью контролирующие торговлю зимбабвийским золотом, могли позволить себе вкушать пищу на китайском фарфоре, носить шелковые одежды и, о чудо, даже иметь во дворце водопровод. Из Килвы он, опять же морем, отправился в Южную Аравию. А прибыв туда, понял, что его неудержимо влечет в Мекку — святой город, положивший когда-то начало его многолетним и многотрудным странствиям. Здесь он в благочестивых размышлениях провел еще один год своей жизни. Но ни молитвы, ни книги не помогли ему утолить неуемную жажду новых впечатлений. И Баттуту, сполна познавшего прелесть ветра странствий, вновь потянуло в дорогу. К тому же он слышал, что мусульманские правители Индии щедро платят за хорошую работу, и надеялся на то, что эта сказочная страна станет тем местом, где он наконец обретет покой и начнет вести оседлую, размеренную жизнь. Но при этом Баттута, видимо, не считал, что делать это нужно как можно скорее, ведь и в жизни паломника есть немало приятных моментов, и прежде всего уважение и материальная поддержка единоверцев. А потому он отправляется в очередное странствие и добирается до Малой Азии.

В Анатолии (современная Турция) его ожидали самые приятные впечатления: ему очень понравились местные женщины, его восхитила мудрость суфиев, его радовала щедрость правителей. И все же Баттута оставил и эту прекрасную страну, решив отправиться на север. Там, на холодных степных просторах, лежало государство хана Узбека, правителя Золотой Орды, принявшего ислам. В Беш-Даге (нынешнем Пятигорске) путешественник был поражен лагерной стоянкой хана, представлявшей собой «обширный город на колесах... с мечетями и базарами в нем; дым кухонь поднимался в воздухе (еду готовили прямо на ходу)».



Осенью 1331 года, простившись с гостеприимной Анатолией и совершив плавание по Черному морю из Синопа в генуэзскую колонию Каффа, бесстрашный путешественник, присоединившись к каравану могущественного повелителя Орды, попадает в Хаджи-Тархан (нынешняя Астрахань). Пробыв там совсем недолго, он примкнул к свите жены Узбек-хана, направлявшейся в Константинополь. Третья жена хана, ожидавшая рождения ребенка, была дочерью византийского императора, а потому муж позволил ей повидать
родных и остаться в столице империи до разрешения от бремени. Для Баттуты же это явилось прекрасной возможностью посетить совершенно новую страну, будучи к тому же под самой надежной защитой. Трехмесячное путешествие, начавшееся в июле 1332-го, закончилось не только разнообразием новых впечатлений, но и встречей с самим императором Византии Андроником III Палеологом.

Возвращение в северный край стало для теплолюбивого уроженца юга еще одним испытанием. От пронизывающего осеннего холода многочисленная теплая одежда его не спасала, и он не единожды мысленно прощался с жизнью, скорбя о том, что еще раз увидеть родной Танжер он уже не сможет.

Едва живой, по льду замерзшей Волги он все-таки добрался со спутниками из города Сарай Берке до Булгара. Покинув вскоре земли Золотой Орды, Баттута попал во владения хана Чагатая — потомка великого Чингисхана. И в этих землях, недавно принявших ислам, Баттута провел несколько зимних месяцев 1333 года. Там он получил в подарок 700 динаров, пару верблюдов и роскошное соболье одеяло.

От Волги за 40 дней на повозке (теперь он делил ее с тремя девушками-рабынями) Ибн Баттута добрался до Хорезма, богатого, многолюдного оазиса, расположенного на юг от Аральского моря. Еще 18 дней потребовалось ему, чтобы верхом на верблюде пересечь голые пустыни Узбекистана и попасть в сказочные Бухару и Самарканд.

Бухара еще не оправилась тогда от опустошительных набегов татаро-монгольских орд. Ибн Баттута восхищается ее садами, но при этом замечает, что «мечети, медресе и базары все еще лежат в руинах».

Из Самарканда Ибн Баттута со своим отрядом повернул на юг и через Оксус (ныне Амударья) двинулся к главной цели своего путешествия — Индии. Но, как обычно, он выбрал наиболее кружной путь, на этот раз через Мешхед и Нишапур в Персии и пустынные плато северного Афганистана. В Кундузе он стал лагерем на шесть недель, чтобы дать возможность лошадям и верблюдам отдохнуть на пастбищах перед снежными перевалами Гиндукуша и пустынями Синда, что лежали за этими горами.

На Мултане, притоке Инда, между Синдом (нынешний Пакистан) и Индией, Ибн Баттуте удалось получить средства от местных купцов на подарки султану Моголов, потом отправить курьера с сообщением о своем предстоящем прибытии в Дели. Посланцы оказались даже более быстрыми, чем местный «пони-экспресс»: «От провинции Синда до столицы султана... на путешествие обычно уходит пятьдесят дней, но мое письмо... преодолело это расстояние за пять».

В 1334 году наконец добрался до Индии, страны его мечты, мысль о которой поддерживала странника в самые трудные минуты. Но, кажется, Ибн Баттута никогда не жалел, что в своем стремлении к Индии он пошел таким окружным путем — через Сирию, Анатолию, Центральную Азию. Открывая эти страны для себя, он представлял их и всему миру.



И надо сказать, Индия его не разочаровала. С первых же дней своего пребывания на ее земле Баттута почувствовал со стороны правителей явный интерес к своей персоне. Похоже, что Судьба решила подарить ему достойное вознаграждение за многие годы странствий и лишений. Дело в том, что в те времена мусульманские правители Индии очень нуждались в преданных образованных людях, каковым как раз и являлся Ибн Баттута. Так что не удивительно, что вскоре он стал одним из приближенных султана Мухаммада Туглака, получил по владение несколько деревень и должность судьи.

Жизнь вечного странника, ложившегося порой спать совершенно голодным, подложив под голову лишь холодный камень, переменилась, словно по волшебству. Он, наконец, обрел надежную пристань, получил ежегодное жалованье в 5 000 динаров, выстроил собственный дом, а вскоре женился, и у него родилась дочь. Его советы, его мнение далеко не безразличны великому правителю. О чем еще можно было мечтать? День шел за днем, неделя за неделей, вот уже позади 9 лет благополучной жизни. Даже тяга к
странствиям как будто забыта, и ничто уже не зовет в дорогу. Он пребывает в надежде, что, возможно, здесь он и найдет свой последний приют, окруженный любящим семейством.

Но, как оказалось, эта полоса везения была лишь временной передышкой, показав, насколько хрупко и непрочно мирское благополучие. Баттута совершенно неожиданно для себя оказался во власти событий, поставивших под угрозу не только все его имущество, но и саму жизнь. Дело в том, что мусульманским правителям Индии в те времена приходилось довольно часто подавлять выступления местного населения и разоблачать различные заговоры. Так случилось и на этот раз, более того, пока султан усмирял восстание, вспыхнувшее на юге, еще одна волна недовольства поднялась
непосредственно в Дели.

В этот заговор был вовлечен тесть Баттуты, который вскоре после разоблачения был арестован и казнен. Но гораздо большую опасность для путешественника представляла его дружба с почтенным суфием, который, устранившись от всех мирских проблем, просто не считал нужным повиноваться воле султана. Тогда непокорного старца призвали ко двору и там буквально по волоску выщипали всю его бороду. Степень его унижения не знала предела, а потому второй раз идти во дворец по вызову оттуда он категорически отказался. Его приволокли силой и после жесточайших пыток отрубили голову. А вскоре гнев султана пал и на Баттуту — сначала он лишился своей должности, а затем и вовсе был арестован. Но несколько поостыв, правитель одумался и в память о прежних заслугах освободил своего судью из-под ареста. И все же пережитые потрясения не прошли для оскорбленного до глубины души Баттуты бесследно. Он принял решение раздать все нажитое им имущество беднякам и, видимо, желая очиститься от мирской суеты, удалился от двора и прожил в отшельничестве несколько месяцев.

После того как события, связанные с восстаниями и заговорами, приняли более спокойный поворот, султан вновь вспомнил о своем преданном и верном слуге и, желая загладить свалившиеся на него неприятности, предложил Баттуте возглавить дипломатическое посольство, которое он был намерен отправить к монгольскому двору в Китае.

Бродячий ученый, вышедший из Танжера с несколькими грошами в кармане, теперь, в 1341 году, возглавил величественный караван. И какой! Сотня знатных и благовоспитанных людей, с наложницей для каждого и индусскими танцовщицами. При них был многочисленный и дорогой скарб: золотые подсвечники, парча, мечи, перчатки, вышитые жемчугами. С ними же возвращались десятки китайских посланников. И всех их сопровождала тысяча королевских всадников.

Новый посол повел свой царственный караван на юг, к Индийскому океану. И тут снова, как в свое время на пути к Индии, на Ибн Баттуту напали из засады разбойники. Ограбленный, лишившись одежды и своего меча, он почти погибал в безлюдной местности, когда был спасен мусульманским отрядом.

Оправившись от пережитого, он собрал свой посольский отряд и разместил его на четырех больших доу в Камбейском заливе и поплыл вдоль Малабарского побережья, населенного разным людом,— до Каликута. О последнем он замечает, что тот «посещается купцами из Китая, Суматры, Цейлона, Мальдивских островов, Йемена и Фарса (Персии)». Он нанял три китайские джонки для долгого плаванья на восток — два больших судна с 12 парусами и командой численностью почти в тысячу человек и меньший корабль для себя и своей свиты.

В день отплытия Ибн Баттута задержался на берегу, чтобы совершить пятничную молитву. В это время неожиданно разразилась буря. Шторм заставил весь флот войти в мелководную гавань, где неповоротливые джонки быстро сели на мель и были разбиты, сокровища, рабы и лошади пошли ко дну. А ему лишь приходилось смотреть, как его небольшой корабль со всеми товарами и рабами — причем один из них держал его ребенка — отчаянно пытался пробиться в море. Но пучина поглотила и его. Ибн Баттута остался на берегу с десятью динарами в кармане и молитвенным ковриком...

Боясь гнева султана Ибн Туглака, Ибн Баттута решил не возвращаться в Дели, а в одиночестве продолжил путь в Китай. Вначале он ненадолго отправился на Мальдивские острова, расположенные в 400 милях от южной оконечности Индии. Но когда Хадижа, королева Мальдив, узнала о его учености и выданных двором верительных грамотах, она с помощью золота и чар девушек-рабынь настояла, чтобы он остался. Какое-то время он играл заметную роль в местной политике, женившись на дочери знатного вельможи. И стал судьей в главном городе острова — Мале. В то же время он собирал образцы деревьев, рыб, раковин, идущих на женские украшения. В его записях появляются такие строчки: «Большинство носят лишь набедренные повязки. В таком одеянии они прогуливаются по базарам. Как судья острова, я пытался приказать женщинам ходить одетыми, но безрезультатно».

Описание Мальдивских островов Ибн Баттутой можно отнести к высоким образцам географической литературы. Страницы, посвященные Мальдивам, были первыми переведенными на европейские языки из всего написанного Ибн Баттутой. Столь восторженные строки вышли из-под его пера, кажется, еще и потому, что только здесь он впервые познал спокойствие семейного очага и миротворенность.

На Цейлоне Ибн Баттута еще раз стал паломником. «Как только я добрался до острова, у меня было лишь одно желание, а именно: посетить святую стопу Адама»,— пишет он об Адамовом пике, чтимом во многих религиях. Гостеприимный правитель острова снабдил его «паланкином, который несли рабы, и послал со мной четырех йогов, трех брахманов и еще пятнадцать человек, чтобы они несли провизию».

С помощью цепей и подпорок они достигли святой вершины, где путешественник и обнаружил «почитаемый отпечаток стопы нашего отца Адама, углубленный в камень на достаточную глубину, чтобы вызывать удивление». «Когда мы поднялись наверх, то облака скрывали от нашего взора подножие горы»... Восхождением на Адамов пик Ибн Баттута увенчал список мусульманских святынь, к которым он совершил паломничество во время скитаний.

После непродолжительной остановки на Цейлоне Ибн Баттута двинулся дальше. И тут на него свалилось еще одно несчастье. Одно судно потерпело крушение, другое было ограблено пиратами. Наконец он бросил якорь в небольшом порту под названием Самудра. От него и получил Имя остров камфары, гвоздики и сандалового дерева — Суматра.

Индийские мусульманские купцы принесли ислам на этот остров лишь за полстолетия до Ибн Баттуты. Правитель Суматры Малик Аль-Захир оказался «смиренным человеком, который пешком отправлялся на молитву по пятницам. Он страстно отстаивал веру. И в округе подчинил себе всех неверных».

Путешественник едва ли мог себе представить, что новая религия пойдет дальше Суматры, охватит всю Индонезию, крупнейшую в мире исламскую страну, где живет ныне около 160 миллионов мусульман.

Ибн Баттута побывал и на Яве, в порту Тавалиси, уже не существующем на новых картах. Здесь он повстречал принцессу амазонок, которая возглавляла армию девушек-рабынь, «сражавшихся, как мужчины». В подарок она выделила ему двух буйволов, лимоны, рис, перец.

Во время дальнейшего плавания первую остановку Ибн Баттута сделал в Цюаньчжоу, на юго-восточном побережье Китая, как раз на берегу пролива, разделяющего Тайвань с материком. Произошло это в 1346 году. Здесь, у первого форпоста, основанного китайцами для торговли с заморскими купцами, начинался великий «морской шелковый путь». Порт произвел впечатление на путешественника, как «один из крупнейших, где
насчитывалось до ста больших джонок».

Китайская земля поразила даже много повидавшего уже к тому времени Ибн Баттуту. «Китай — одна из безопаснейших стран для путников,— писал он.— С большими деньгами человек может отправиться один в девятимесячное путешествие, ничего не опасаясь». Но если иностранец пускался в бегство по каким-либо причинам, его изображение рассылалось по всей стране для розыска. И когда Ибн Баттута увидел на стене свой собственный портрет, причем достаточно схожий с оригиналом, он был немало удивлен этому.

Но, несмотря на все восторги, Китай задел чувства правоверного мусульманина: «Китайцы — это гяуры, поклоняющиеся идолам и сжигающие своих мертвецов как индусы. Они едят свинину и собак, продавая их на базарах».

В Китае странствия Ибн Баттуты завершились. Он вышел к океану, который за несколько столетий до Магеллана назвал «Тихим». Океан представлялся ему бесконечным, а далекая страна, куда он попал,— краем земли.

Наступило время возвращаться домой. Три года добирался он до своей страны, которая, по его словам, «лучшая из всех, потому что в ней есть в изобилии фрукты, протекает много рек, а сытной пищи имеется в достатке». Слова эти явно продиктованы тоской по родине, не угасшей за долгие годы странствий... Уже в Марокко он узнал о смерти матери, случившейся всего лишь за несколько месяцев до его прибытия; столь уважаемый им отец умер еще 15 лет назад.

Недолго пробыл Ибн Баттута в родных местах. Неугомонная натура жаждала новых впечатлений — и вот он уже на юге Испании, с отрядом марокканских добровольцев, защищающих Гибралтар от крестоносцев; потом были Малага и Гранада. А через три года после восточных странствий — изнурительный поход на верблюдах по Сахаре. 1500 миль через пески, в «Землю негров», как говорил Ибн Баттута, где у Марокко были свои торговые интересы.

В последнем своем путешествии Ибн Баттута пересек западноафриканскую империю Мали, общаясь с мусульманами и воздавая хвалу Аллаху. И наконец, на два года осел в Фесе, работая над трудом о своих путешествиях.

Помощником у него был андалузский поэт по имени Ибн Джузая. Из арабских источников нам известно, что последние годы прославленный путешественник служил судьей неподалеку от Феса и умер в 1369 году в возрасте 64 лет. Где находится его могила — остается загадкой. Одно из предполагаемых мест его захоронения — Танжер, где установлено небольшое надгробие. Но достоверных сведений об этом нет. Вероятно, Ибн Баттута согласился бы с турецким суфием, которым он восхищался: «Когда мы мертвы, ищите наши могилы не на земле, а в сердцах людей».

За 29 лет бесконечных скитаний Ибн Баттута, этот пилигрим, придворный политик, дипломат, юрист — все в одном лице — пересек два континента, прошел 75 тысяч миль (кстати, втрое больше, чем Марко Поло) по территория нынешних 44 стран. Его дневники, проникнутые духом своего времени, свидетельствуют об опасностях и трудностях пути, о богатстве стран и приключениях за время долгого путешествия.

Ни одного прижизненного изображения знаменитого путешественника не сохранилось. Потому так различны портреты Ибн Баттуты, написанные современными марокканскими художниками и выставленные ныне в Культурном центре Танжера. На большинстве полотен Ибн Баттута изображен в марокканском плаще с капюшоном, в руках — посох путника. Пристальный взгляд, борода... Борода — единственная деталь его внешности, о которой нам точно известно из его собственных записок.




Добавить комментарий


Имя или ник: 
E-mail: 
Комментарий: 
Введите число 
из фразы: 

«— Где мои семнадцать лет?»





Комментарии:
Байрамов Руслан РенатовичМОЙ СТИХИ
Да Ислам для души вдохновения.
Да священная книга Коран.
Нам ниспослано свыше единый Творец.
Наш Аллах милосердный.
Да пророк наш Мухаммед.
Да прекрасная книга Коран.

Мой Стихи.Стихи.ру.Автор.
Руслан. Байрамов.
*******************************************
МОЙ СТИХИ
Дающий нам Аллах единый.
Учитель наш пророк Святой. Мухаммед.
Наставник наш Имам.
Да мусульмане братья нам.

Мой Стихи.Стихи.ру.Автор.
Руслан. Байрамов.
******************************************
МОЙ СТИХИ
Я верю в истину небес как в откровение.
Как чудный дар ниспослано оно.
О люди верти в откровение.
И верти в истину его.

Мой Стихи.Стихи.ру.Автор.
Руслан. Байрамов.


Байрамов Руслан РенатовичМОЙ СТИХИ
Священная писания Аль-Коран. Он послан был пророку Мухаммеду.
От истины единого Аллаха. Творца небес планет и звезд всего живого.
Открылся он пророку Мухаммеду. И в откровение Истины Единой.
Пророк Мухаммед приветствует тебя Аллах. Я милосердный Бог Аллах.
Единый я Творец небес и звезд. Всего живого я Аллах Пророк Мухаммед Мир тебе.
Ниспосылаю истину тебе в Писание. Что я Единый вечный свет.
Я ваш Творец Аллах.

Мой Стихи.Стихи.ру.Автор.
Руслан. Байрамов.
**************************************************
МОЙ СТИХИ
Места святые для ислама. Медина Мекка и Кааба.
Туда направлены все взоры мусульман. Там взор Каабы смотрит на людей.
Взгляд истины и милосердного Аллаха. Он ниспослал писания пророку Мухаммеду.
От истины Единой един Творец Аллах. Паломники идущие к святыне.
Аллах един. Приветствуйте пророка Мухаммеда.
Ниспослано с небес писания людям. Как истина и милосердия Аллаха.
Един Творец всего Аллах он Вечный Бог. О люди знайте Милосердия в вас.
Паломник

Реклама










Jebel Ali Free Zone Directory
Dubai Airport Free Zone Directory
Hamriyah Free Zone Directory
Sharjah Airport Free Zone Directory
Fujairah Free Zone Directory
Dubai Internet City Companies Directory
Dubai Knowlege Village Companies Directory
Dubai Outsource Zone Companies Directory

Телефон: (+9714) 258-37-78    E-mail: info@netart-it.com

© 2003—2017 «Net Art Information Technology & Publishing» Все права защищены.
Использование материалов данного сайта только с указанием ссылки на источник.